Каценеленбоген стал объяснять мне назидательным тоном, что горевать над кошкой, когда целый мир

Каценеленбоген стал объяснять мне назидательным тоном, что горевать над кошкой, когда целый мир... Я выставил за дверь их обоих: его и мир.

Ромен Гари, Белая собака