Горбач играл, притопывая косолапыми ступнями по мокрым листьям

Горбач играл, притопывая косолапыми ступнями по мокрым листьям. Он впитывал в себя спокойствие и доброту, он заключал себя в круг чистоты, сквозь который не пролезут бледные руки тех, что путают душу. По ту сторону сетки мелькали люди, это его не тревожило. Наружность отсутствовала в его сознании. Только он сам, ветер, песни и те, кого он любил. Все это было в доме, а снаружи - никого и ничего, только пустой, враждебный город.

Мариам Петросян, Дом, в котором...