Конечно, он пытался создать почву для более двусмысленных отношений. Любая другая женщина сразу бы раскусила его маневры, но Натали жила в странном тумане моногамии. Прошу прощения — любви. Той любви, для которой все прочие мужчины не существуют и которая одновременно лишает способности воспринимать попытки обольщения сколько-нибудь объективно.
Давид Фонкинос, Нежность
