Клеомен вздохнул. Он знал все живые языки. Все. Кроме подросткового. Самый сложный язык в обоих мирах.
Евгения Чепенко, Ведьма и закон. Игры вестников
Клеомен вздохнул. Он знал все живые языки. Все. Кроме подросткового. Самый сложный язык в обоих мирах.
Евгения Чепенко, Ведьма и закон. Игры вестников