В ряд с новоевропейскими поэтами, творцами мифопоэтических вселенных, с такими, как Данте, Мильтон, Блейк, Гете по глубине и грандиозности мифопоэтических откровений о Космосе и человеке по всей русской поэзии можно было бы поставить только одного поэта - Максимилиана Волошина.

Волошин был призван на стыке времен развернуть в своей "религиозно-поэтической науке" новую, основанную уже на эзотерическом христианстве картину становления Космоса и человека. Он заново перед наступлением "нового средневековья" произвел переоценку всех ценностей, ничего общего не имеющую с "переоценкой ценностей" у Ницше, раскрыл место и творческую роль человека как микрокосма в макрокосме, показал его трагический путь к Космосу Свободы и Любви как путь Каина. Более того, как поэт-мудрец, по эт-гностик, поэт-демиург своей Вселенной, Волошин призван был не только раскрыть свой символический, христологический (а не просто мифологический) Космос на бумаге, писчей и акварельной, но и начать творить Космос Свободы и Любви вокруг себя - в действительности, причем в самом начале "моровой полосы русской истории". Вспомним феномен Дома Поэта в Коктебеле.

В связи с этим вспомним во многом для нас странное, загадочное, парадоксальное отношение поэта к людям, природе, социальной реальности, историческим событиям, искусству, вообще к миру. Конечно же, это отношение импульсировалось его непрестанными духовными поисками, жаждой познания и осмысления мира, его развитой на пути посвящения душой самосознающей, сверхсознанием, его высшим "Я".

Эти задачи непосильны для известного нам Волошина. С этими задачами справился неизвестный нам Волошин - "неразгаданный сфинкс Серебряного века", великий пророк русской культуры, скрытый от нас под своими тысячью ликами творчества.

Автор книги - литературовед, философ, эзотерик - надеется, что в этом труде читатель найдет для себя многое, что обычно остается пне сферы внимания исследователей творчества Волошина. Это и многое другое вы найдете в книге Лики творчества Максимилиана Волошина в связи с тайной его высшего "Я" (Геннадий Пархоменко)