Клерамбо. История свободомыслящего человека во время войны

В романе «Клерамбо» (1920) воспроизводится атмосфера начала Первой мировой войны (1914–1918). Поэт Аженор Клерамбо на волне патриотизма приветствует войну с Германией, но очень скоро наступает прозрение: на фронте гибнет его сын-доброволец. Перейдя на антивоенные позиции, Клерамбо становится изгоем: против него ополчается всё французское общество… Чем закончилась эта драматическая история, вы узнаете, прослушав аудиоверсию романа. Вступление к нему и краткую биографию автора озвучил известный писатель и журналист Сергей Шаргунов. [spoiler=Ромен Роллан] Ромен Роллан (1866–1944) — выдающийся французский писатель, общественный деятель, учёный-музыковед. Лауреат Нобелевской премии по литературе (1915), иностранный почётный член АН СССР (1932). С Россией Роллана связывало многое. Он вёл активную переписку с Л. Н. Толстым. Приветствовал русскую революцию, но не одобрял её насильственных методов. С 20-х годов общался с А. М. Горьким, получил приглашение в Москву, где встречался и беседовал с И. В. Сталиным. Впоследствии в адресованном вождю письме пытался вступиться за репрессированных, но не получил ответа. Ромен Роллан в 1915 году получил Нобелевскую премию "За высокий идеализм литературных произведений, за сочувствие и любовь к истине". Формулировка красноречива, особенно - в первой части. 1915-й был не случаен. Приближались потрясения... Высокий идеализм был свойственен и литературе, и жизни Роллана. Этот идеализм и сочувствие униженным и оскорбленным - закваска его прозы. Отсюда его страстная симпатия к русским попыткам создать мир справедливости, в котором не будет имущественного и социального неравенства. Он был настоящим народником - его роман "Кола Брюньон" дышит природой и чарующей простотой крестьянских нравов. Как много свежей жизнерадостной простоты в этой прозе! Воистину, "веселая наука" народничества парадоксально сближала Роллана, Горького и Ницше. Роллан гостил в Москве в 1935-м, и именно в это время с ним встречался писатель Валентин Катаев, чью подробную биографию я написал. "Все толпились вокруг Ромена Роллана, желая пожать его тонкую руку с длинными, музыкальными пальцами, - ярко вспоминал Катаев. - Ромен Роллан был явно смущен: он неподвижно сидел в кресле в своем седом пастушеском плаще, накинутом на плечи поверх черного сюртука... Мы провожали Ромена Роллана на Белорусском вокзале, - рассказывал Катаев о дальнейшем. - Он разговаривал с Горьким уже из окна вагона. Они оба - Горький на перроне и Ромен Роллан - грустно и нежно смотрели друг на друга, как бы чувствуя, что расстаются навсегда". Возвращение к прозе Роллана - это еще и уход от исторического комплекса неполноценности, возможность понять, чем именно в Советском Союзе любовались лучшие умы и таланты. Сергей Шаргунов [/spoiler]